Традиционализм как проект

Традиционализм как новое направление общественной мысли

Современный глобализационный вызов предполагает несколько возможных вариантов ответа. Первый путь заключается в восприятии предложенного формата глобализации, а соответственно, в отказе от многообразия цивилизационных идентичностей. Межкультурный диалог замещается в данном случае монологом. Противоположный подход связан с национальным консерватизмом и заключается в самоизоляции и локализации культур. Цивилизационная идентичность в этом случае, казалось бы, сохраняется. Но перспективы такого самосохранения призрачны. Силы явно не равны. Национально изолированная культура не сможет длительно противостоять всему глобализированному миру. При всей видимой оппозиционности национального консерватизма к глобализму, он, как и последний, исходит из монологичного принципа коммуникативности. Актуальным в этой связи представляется выдвижение такого проекта, который, нивелируя крайности обоих указанных подходов, смог бы синтезировать концепты цивилизационных идентичностей и мировой интеграции. От коммуникативного монологизма следует перейти даже не к диалогу, подразумевающему дуальный характер взаимодействия, а полилогу культур. Постановка такого рода задачи заставляет с самым пристальным вниманием отнестись к генезису нового идейного направления в мировой общественной мысли – традиционализму.

Парадокс заключается в том, что при широком представительстве традиционалистов, традиционализма, как идейного течения, до настоящего времени не сложилось. Традиционалистской идеологии в России в чистом виде никогда не существовало. Нет ее и сейчас. Традиционализм предполагает полицентричность. Он есть единственное учение, отстаивающее цивилизационную вариативность, тогда как другие пропагандируют приоритет одной из цивилизаций над всеми прочими.

Что такое традиция

Этимологически термин «традиция» восходит к латинскому tradere — «передавать». Значение охранительства этот глагол не содержит. И даже с точностью до наоборот. Смысл традиции в системе межпоколенческих отношений состоит именно в «передаче» опыта, обеспечивающей переход от прошлого к настоящему и далее к будущему.

Традиция не является антитезой инновациям. Инновации противоположны именно консервации, а не традиции. Существуют, как известно, различные модели развития. Одна реализуется через разрыв с традицией, другая, напротив, через опору на нее. Пример развития с опорой на национальные традиции представляет, в частности, Япония и Южная Корея. «Сила традиций и сила творчества в их сочетании – животворящий источник всякой культуры», — заявлял в свое время П.Н. Савицкий. Речь идет именно о синергийном сочетании традиций и инноваций, в противоположность их искусственному противопоставлению друг другу.

Без традиции не может существовать никакая общественная система. Само формирование человеческого общества стало возможным благодаря появлению традиций. Именно посредством традиций человек транслировал из поколения в поколение знания и накапливаемый социальный опыт. Трансляционная функция – для раскрытия понятия традиция – ключевая.

Принцип религиозной поливариантности

Традиционализм представляет путь солидаризации традиционных конфессий. Традиционалистский концепт основывается на постулате: «У каждого народа свой путь к Богу». Это не означает ни унии, ни какого бы то ни было религиозного компромисса. Ни один из народов не отрекается от своей веры, но и не попирает как ложные другие традиционные верования. Конфессиональное единение достигается перед угрозой глобальной экспансии безрелигиозной (или квазирелигиозной, имея в виду неоспиритуалистические модернистские культы) системы мироустройства.

Еще в профетике Вл. С.Соловьева обыгрывался сюжет о примирении православных, католиков и протестантов, богословские противоречия между которыми, казалось бы, неразрешимы, в борьбе против Антихриста. Такая же парадигма единения может быть выдвинута и в отношении иных традиционных конфессией.

Именно религии составляют основу цивилизаций. Следовательно, цивилизационный полилог должен, прежде всего, осуществляться на религиозном поле.

Возможен ли союз религий

Но как примирить между собой оппонирующие друг другу религии? При всей вариативности локальных культов представления о базовых человеческих ценностях в традиционных религиях удивительным образом совпадают. Универсализм высшего познавательного уровня традиционных религий не означал существования единого универсального ученья. Совпадая на высшем уровне, на среднем и низшем пути познания расходились.

Ядро традиционных учений, в котором преодолевались конфессиональные расхождения, составляла «Примордиальная Традиция» или «Изначальное Предание». Это «белый» ценностный пакет человечества. Все религии на этом уровне говорят об одном и том же. Однако на следующем уровне уже обнаруживаются различия. Это уровень цивилизационный. Различия религий связаны с различием среды существования человека. Третий уровень – традиции локального бытия – различия становятся еще более существенны. И здесь важно подчеркнуть, где начинаются расхождения между религиями. Они расходятся на уровне сред, тогда как на более высоком уровне они едины. И недоразумение, а зачастую провокация – сталкивание религий. Задача – это их диалог и обнаружение общих оснований.

Принцип полиэтничности

Традиционализм утверждает политическую симфонию народов. Каждый народ идентифицируется в нем в качестве высшей органической ценности. Права индивидуума признаются, но ограничиваются историческими сверхзадачами этноса. Традиционализм провозглашает полиэтничность. Он апеллирует к опыту имперских систем, как высшего политического выражения в генезисе цивилизацией, каждая из которых являлась гетерогенным организмом.

Почти все известные в истории империи были полиэтничными. Как только они становились на позиции моноэтнического центризма, незамедлительно следовал их распад. Порожденная действием центробежных сил турбулентность могла привести к гибели самой цивилизации.

Но это не означало отсутствия некого интегрального проекта. Через этот интегральный проект отдельные этносы консолидировались в имперскую систему. Происходило формирование более высокой по отношению к этническому уровню цивилизационной идентичности

Принцип вселенской адресации

Традиционализм континуально шире любого цивилизационного проекта. Он апеллирует к духовной традиции каждого из народов, включая модернизационную Америку. Цивилизационная геополитическая дихотомия «атлантизм» – «континентализм», Запад – Восток замещается иным антагонизмом – «традиционализм» – «новый мировой порядок».

Страны, относимые к атлантистской геополитической конфигурации, также обладает собственным традиционалистским потенциалом. Глобализационные процессы столь же противоречат их традиционным системам ценностей, как и в отношении народов континентального пространства.

Нельзя представлять современную глобализацию только как планетарную универсализацию западной цивилизации. Глобализация – антицивилизационна. Она выражает дух мировой энтропии, не связанной с какой бы то ни было цивилизационной парадигмой. В религиозном смысле ей соответствует процесс апостасии. Запад — одна из жертв глобализации. Он, не менее других цивилизационных систем, нуждается в спасении. Другое дело, что западная цивилизация (или ряд цивилизаций, включаемых в западной культурный ареал) ранее других подверглась глобализационной энтропии.

Перед цивилизационно идентифицированным человеком Запада стоят в футурологическом плане те же угрозы, что и, к примеру, перед россиянином. Своей сакральной традицией обладает даже Америка, апеллирующая к освященным протестантской культурой идеомифам колонизации и борьбы за независимость. В этом смысле и американцы являются жертвами глобализации.

Традиционализм есть планетарная, мессианская доктрина. Традиционалистский мессианизм обращен не к какому-то ограниченному географическими, религиозными или этническими рамками социуму, а ко всему человечеству. Только такая доктрина имеет шансы на успех, как проект альтернативного глобализма.

Интеграционный опыт России как историческое основание традиционалистской перспективы

Традиционалистская альтернатива глобализации – не есть утопия. История предоставляет многочисленные примеры государственных систем, функционирующих на основе следования принципам традиционализма. Традиционалистскими являлись, к примеру, как держава Ахеменидов, так и геополитически сменившая ее держава Александра Македонского.

Евразийскую версию имперского традиционализма представляла государственность Чингисхана. Религиозная толерантность монголов зиждилась на допущении о вариативности путей постижения Бога. Они покровительствовали институтам каждой из имеющихся в их империи конфессиональных традиций, включая православную.
Опыт Японии по совмещению традиционности с новейшими научными технологиями может служить наглядной рекламой реализуемости традиционалистского проекта и в современном мире.

России может принадлежать особая миссия в выдвижении традиционалистского проекта. Ее возможности в аккумуляции идеологии традиционализма обуславливаются собственной политрадиционностью. Из современных стран, пожалуй, только Индия может соперничать с Россией в многообразии духовных традиций. Все три мировые религии представлены у ее коренных народов в качестве традиционных вероисповеданий.

Исторически Россия представляла собой в плане этно-конфессиональных взаимоотношений особый тип интегрирующего государства. Ее специфика заключалась в нехарактерном для Запада сохранении этнической идентичности и традиций населявших российскую территорию народов. Ни один народ, включенный в состав империи, не исчез с этнической карты России. Наоборот, многие из них под ее защитой и покровительством смогли достичь более высокого уровня собственного национального самосознания. Имелись прецеденты переселения в Россию целых народов, спасавшихся под скипетром русского царя от этноцида, как, к примеру, буддистов калмыков (XVII в.), или мусульман гагаузов (XVIII в.). Переселенческие потоки направлялись даже из Европы, составив, по статистике за период с 1828 по 1915 гг. – 4,2 млн. чел.

Национальная принадлежность применительно к русским никогда не определялась по крови. Видными фигурами в исторической репрезентации русскости являлись: имевший украинское происхождение Гоголь, грузинское – Багратион, армянское – Айвазовский, еврейское — братья Рубинштейны, немецкое — Фонвизин и др. Брачная этническая замкнутость среди русских исторически никогда не существовала. Инородческое происхождение не являлось препятствием для продвижения по службе и занятия самых высоких государственных должностей. На министерских постах в императорской России постоянно фигурировали немецкие, армянские, татарские фамилии. Интеграционной комплиментарности удалось даже достичь во взаимоотношениях с рядом покоренных военным путем мусульманских народов. Во время Первой мировой войны своим героизмом и верностью России прославилась, к примеру, кавказская «Дикая дивизия», состоявшая из дагестанского, азербайджанского, чеченского и ингушского полков. Интеграционный вариант русский колонизации предполагал сохранение структур регионального автохтонного управления. В определенном смысле можно говорить о функционировании параллельных управленческих механизмов на национальных окраинах Российских империи. Один распространялся на имперскую бюрократическую вертикаль, другой – на соответствующую этноконфессиональную общность.

Историческая неизбежность традиционализма

Возникновение традиционализма было предопределено всем ходом исторического развития человечества. Модель мировой истории можно представить в виде циклической триады: традиционное общество – модернизация – традиционализм.

Конечно же, как традиции так и инновации присутствуют на всех ступенях человеческого развития. Однако их соотношение не равномерно. Традиционное общество акцентировано на охранительстве, модернизационное – на изменчивости. Только традиционализм предполагает гармонизацию традиций и инноваций. Он исходит из допущения о принципиальной возможности интенсивного научно-технического развития при опоре на национальные традиции.

Без традиций никакая общественная система не может существовать. Сам по себе феномен hone sapiens непосредственно связан с их формированием. Ведь именно посредством традиций человек передавал из поколения в поколение накапливаемый социальный опыт. Пресечение его подразумевало мгновенную десоциализацию. Не случайно традиция имела ореол сакральности. Она определяла все стороны жизни архаического общества, справедливо идентифицируемого в качестве традиционного. Однако на последующих ступенях развития традиция стала выступать препятствием дальнейшего общественного прогресса. Традиционность и различные традиционные институты стали служить помехой для инновационного приращения. Наступает эра модернизации. Исторически она сыграла важнейшую роль в процессе межкультурной интеграции. Но, на настоящее время модернизационный путь развития, как дискретная, по отношению к национальным культурам, инновационность, себя исчерпал. Разрыв с традицией достиг своего апогея, поставив общественные системы на порог полной утраты идентичности, цивилизационного и национального обезличивания, а потому духовной гибели. Возникновение традиционалистского учения определяется в этой связи законом стремления человечества к самосохранению.

Традиционное общество традиционализма не знало. Определенные его элементы существовали в нем в дорефлекторном формате. Характерно, что традиционалистская идеология получила в настоящее время наибольшее развитие не там, где сохраняются структуры традиционного общества, а, напротив, в тех странах, которые дальше других прошли в направление модернизации. Становление традиционалистского учения исторически определяется законом логики – теза – антитеза – синтез.

Традиционализм, таким образом, синтезирует потенциалы как традиционного, так и модернизационного обществ. Речь вовсе не идет о реставрации первой стадии и полном отрицании второй. Традиционалистский проект стремится совместить цивилизационные традиции и высокие инновационные технологии. В этом и заключается его глобальная историческая перспектива.

Резюме

Формирование цивилизаций исторически было связано с трансляцией традиций. Их вариативность определяла диверсификацию цивилизационных систем. Соответственно, перспектива гибели цивилизаций обусловливается процессом универсализации. Спасение их возможно при выдвижении идеологического концепта, акцентированного на задачах сохранения цивилизационых традиций. Таким образом, именно традиционализм предлагает модель полицентричного мира цивилизаций и межцивилизационного полилога.

Be the first to comment on "Традиционализм как проект"

Leave a comment

Your email address will not be published.


*